22:16 

Интервью Jun-ji

N.Lupin
Делая шаг в неизвестность, главное - не растеряться!
Ещё летом мы с Томатная паста затеяли этот довольно интересный проект! И Рыжик всецело оправдал мои надежды! :heart: Совершенно невероятный, правда половину интервью он говорил о Шинье из Лун. :gigi:

Rhythm & Drums magazine 10/2011
Специально для группы Shuji & Jun-ji Drums

Оригинал: Mila Adams
Перевод: Diana_
Редактура: N.Lupin и rat6292

И: Сегодня хочется проследить истоки формирования вашего стиля игры на ударных, Джун-Джи-сан. Расскажите, пожалуйста, как и когда вы начали играть на барабанах?
Джун-Джи: После провала в игре на гитаре. (Смех.) Когда возникает желание играть в группе, очень многие начинают играть на гитаре, не так ли? Так и я, очарованный рок-музыкой, захотел стать рок-звездой и, конечно, начал с гитары. Это было во время учебы в средней школе, в то время я каждый день играл на гитаре и серьезно задумывался о том, чтобы стать профи. (Смех.) Но когда я пришел в старшую школу, там оказалось много ребят, которые умели отлично играть, и, глядя на них, я понял, что полностью уступаю им, и решил бросить. (Смех.) Энтузиазм играть на гитаре сразу же пропал. Может, у меня просто характер такой, раз мне быстро надоедает, но я решил, что гитары с меня довольно. (Смех.)

И: А почему вы решили играть на ударных?
Джун-Джи: С самого начала у меня получалось барабанить. В средней школе у нас была группа, мы репетировали, но это была деревня, поэтому ударную установку я притащил домой и барабанил просто так. Наш барабанщик научил меня 8- и 16-битному ритму. Естественно, что я и понятия не имел ни о какой теории. (Смех.) В то время моими богами были Seikima II, хотя они и демоны. (Смех.) Я смотрел на Райден-сана (барабанщик в группе Seikima II. – Прим. пер.) и хотел быть таким же, как он. Наш барабанщик, как ни старался, не мог так сыграть, а я садился за барабаны – и у меня тут же получалось, это было очень интересно. Наверное, у меня есть способности. Хотя я бросил игру на гитаре, но не хотел прощаться с мечтой стать рок-звездой. И тогда я решил стать барабанщиком. Мотив был, конечно, дешевый и показной. Но вскоре после этого я узнал об Х – когда я увидел Йошики, то словно молния сверкнула передо мной. Альбом Vanishing Vision произвел на меня огромное впечатление. В то время уже было много артистов, которые ставили волосы торчком, но мне еще не доводилось видеть, чтобы длинные волосы стояли до самых кончиков. Барабанил он прекрасно, и я серьезно подумал, что хочу походить на него. Глядя на Йошики, я впервые увидел двойной басовый барабан. В то время у меня была самая дешевая простая ударная установка. Но один из одноклассников оставил занятие ударными, поступив в университет, и отдал мне свою установку, такую же простую. Из двух установок я кое-как собрал одну, с двумя басовыми барабанами, и каждый день упражнялся играть песни Х. В то время влияние Йошики на мою игру было воистину огромным. Видеокассету Bakuhatsu Sunzen Gig я засмотрел чуть не до дыр.

И: А какую музыку кроме Х вы часто слушали в то время?
Джун-Джи: Вначале я слушал японские группы: Seikima II, Earthshaker. Тогда я был гитаристом. Западную музыку я стал слушать под влиянием друзей, которые говорили, что «лос-анджелесский метал – это класс!». И я стал слушать Mötley Crüe и Guns N’ Roses.

И: Вы учились играть на барабанах самостоятельно?
Джун-Джи: Да, я самоучка. У меня хорошо получалось подбирать музыку на слух, а способ игры я смотрел по видео и как-то понимал. Старался подражать, но, конечно, это было довольно грубое подражание. Когда мне было 16-17 лет, я встретил Шинью из Luna Sea (тогда еще LUNACY). После своего увлечения Х я отошел от метала и в то время играл рок-н-ролл в группе с более старшими музыкантами. Они сказали, что надо играть в один бас и один том, поэтому я играл обычный рок-н-ролл на самой простой установке с одним басом и одним томом. И вот однажды я пошел посмотреть фестиваль любительских групп, где присутствовали эти сэмпаи, и там выступала группа Luna Sea. В то время Шинье было примерно 19 лет, когда я посмотрел на сцену, то получил второе потрясение. Его длинные волосы развевались, он сидел за установкой, где было два басовых барабана, множество малых и куча тарелок, и барабанил, словно летающая богиня. В этот момент я нашел свой идеал, к которому нужно стремиться. «Вот оно!» – подумал я. Что это за группа, откуда она, я не знал, но забыть их не мог. И вот некоторое время спустя я пришел устраиваться на работу в магазин музыкальных инструментов, который был совмещен со студией. И вдруг появляется Джей в черной униформе с пылесосом в руках. (Смех.) Оказывается, я совершенно случайно пришел устраиваться на работу в студию, где подрабатывали участники группы Luna Sea. И я тоже стал работать в этой студии. Это была неожиданная встреча, но в то же время она не могла не состояться. Встреча всей моей жизни.

И: Благодаря тому, что вы встретились на работе, вы смогли стать учеником Шиньи?
Джун-Джи: Студия размещалась в двух зданиях, Шинья работал в другом здании, так что мы практически не пересекались. Но я до сих пор помню тот момент, когда впервые увидел его. В моей голове остался образ «прекрасной богини», но когда я увидел его перед собой… Да, он совсем не походил на прекрасную богиню. (Смех.) Словно это был совсем другой человек! Хотя, в конце концов, он взял меня в ученики, и я посвятил этому три года моей юности.

И: Вы говорили, что стать учеником Шиньи – это был самый короткий путь к осуществлению вашей мечты. Именно тогда вы решили, что станете профессиональным барабанщиком?

Джун-Джи: В то время я отчетливо видел себя рок-звездой, выступающим на большой сцене перед множеством зрителей. Я очень хорошо представлял свое будущее, хотя, конечно, это были просто фантазии. (Смех.) Но я думал, что это наступит само собой. Я просто решил, что буду рок-звездой, значит, надо подумать, что можно сделать для этого теперь. Упражняться как можно больше, расширять круг знакомых, особенно среди тех, кто умеет намного больше меня. В то время Шинья был для меня словно бог, и я верил, что, наблюдая вблизи его игру, смогу научиться многому. Конечно, я не мог упустить такую возможность.

И: Думаю, что вы действительно смогли многому у него научиться, но что среди этого всего стало самым важным для вас?
Джун-Джи: Если говорить простыми словами, то это «точность», особенно в ударах. У Шиньи была очень серьезная база, и он серьезно относился к каждому удару. Он сидит очень основательно, и как бы ни мотал головой, удары у него идут очень четкие, он ударяет точно в центр. Не знаю, делает ли он это сознательно, но это было для меня очень заметно. «Он так размахивает руками, но при этом попадает точно в центр!» – удивлялся я. И звук у него получается очень четкий. Если бы я во время игры так же мотал головой, то попадал бы только с самого краю, даже если бы и старался бить по центру. «Как у него так получается!». Это меня очень удивило.

И: В то время вы упражнялись вместе с Шиньей?
Джун-Джи: Началось с того, что Шинья учился у Sooru (SOUL TOUL – известный японский музыкант, барабанщик. – Прим. пер.), а я подглядывал, и потом он позвал меня присоединиться к ним. После этого мы целый час упражнялись очень серьезно. Причем мы тренировались не столько в игре на барабанах, сколько в психологической силе. В то время такие упражнения бывали каждый день, мы играли песни Luna Sea. Мне нравились выступления на сцене, поэтому упражнялись и в сценических действиях. Я считаю, что если выходишь на сцену, то нельзя думать только о том, чтобы тебя услышали. Очень важно еще и очаровать зрителя, эти обе задачи должны решаться в балансе. Тогда я впервые подумал, что у Шиньи как раз потрясающий баланс. В то время я хотел стать как он – и, когда говорили, что я похож на Шинью, очень радовался. Но когда я стал постарше, то начал испытывать что-то вроде ревности. Мне говорили, что я совсем как Шинья, а мне хотелось ответить, что я не Шинья, я хотел признания для себя самого. И чем больше я к этому стремился, тем чаще мне говорили, что я похож на Шинью. Конечно, это было естественно, ведь я хотел быть таким же, как он, и во всем подражал ему. Но у меня стал формироваться комплекс, ведь я хотел признания как музыкант, а все только и говорили, что я похож на Шинью. И через некоторое время я понял, что если постоянно следовать за Шиньей, то никогда не смогу превзойти его, лишь вечно догонять. Поэтому нужно выбрать совершенно другое направление и добиться того, чтобы Шинья сказал: «Ты крут!».

И: И с тех пор вы стали развивать свой собственный стиль игры, отличный от стиля Шиньи?
Джун-Джи: Да. До сих пор я хотел играть так же, как Шинья. Но думаю, что это был правильный выбор. Наблюдая вблизи за игрой человека, обладающего гораздо более высоким мастерством, я приобрел бесценный опыт. Когда я присоединился к группе SIAM SHADE, то стал слушать прогрессив, который до сих пор не слушал. И с тех пор я стремился самостоятельно определять, что мне нравится, что мне подходит. Таким образом я смог сформировать свой стиль игры.

И: Именно благодаря игре в SIAM SHADE Вам удалось отточить свой собственный индивидуальный стиль игры?
Джун-Джи: Да, группа SIAM SHADE очень важна для меня. Если бы ее не было, то не было бы и нынешнего меня. Хотя группа распалась и я теперь ex-SIAM SHADE, это служит хорошей характеристикой. Когда молодые музыканты говорят, что начали заниматься музыкой, услышав песни SIAM SHADE, это для меня самая большая радость. Я очень рад, что был участником такой группы, что вырос в ней. Во времена SIAM SHADE я боролся, искал, снова боролся, и так повторялось вновь, и сейчас это для меня самое большое сокровище.

И: В старых интервью вы говорили, что тренировались как безумный, это действительно так?
Джун-Джи: Да, в то время я постоянно держал палочки в руках. Мне было важно отработать движения рук. Поэтому я тренировался каждый день.

И: Когда вы нарабатывали свой стиль, кто из барабанщиков оказал на вас наибольшее влияние?
Джун-Джи: Это двое – Нил Пирт (барабанщик группы Rush. – Прим. пер.) и Майк Портной (бывший барабанщик группы Dream Theater. – Прим. пер.). Перед тем как стать участником группы SIAM SHADE, я не умел практически ничего, кроме 8-битного ритма. (Смех.) Когда я послушал группу Dream Theater, то подумал, что это классный стиль игры. А когда я узнал, что на Портного большое влияние оказал Нил Пирт, то подумал: «И Портной подражал!». А я подражал Портному! (Смех.)

И: Вы уже говорили раньше, что в альбоме SIAM SHADE IV ZERO ваш стиль сильно изменился. Что это были за изменения, Джун-Джи-сан?
Джун-Джи: Например, можно много упражняться и научиться играть сложный ритм или связки. Но это совсем не то же самое, когда эти элементы полностью войдут в твой арсенал игры. В то время я мчался очень быстро и радовался, что наконец-то смог сыграть сложные вещи, но при этом, конечно, не осознавал полностью их внутреннего содержания и глубины. Только в альбоме SIAM SHADE IV ZERO я действительно смог осознать все это и играть свободно. Особенно заметно это отразилось в игре на хай-хэт и райде. Поводом стали слова Дайты: «Джун-Джи, а ты знаешь, что и райд обладает грувом?». Грув – это очень неопределенное, но в тоже время очень важное понятие. Я знал это, конечно, но, честно говоря, как-то не обращал внимания. Я снова пересмотрел всю свою игру, и мне сразу захотелось применить полученное на практике. Я понял, что не нужно мчаться вперед сломя голову, нужно время, чтобы понять и освоить игру. С тех пор я стал точнее играть на тарелках. Поэтому моя игра изменилась настолько, что для меня в альбоме SIAM SHADE III и SIAM SHADE IV ZERO словно играли разные барабанщики.

И: В третьем альбоме от вашей игры остается сильное впечатление, будто она оживляет песни, наполняет их энергией, а в четвертом альбоме больше композиций, где вы акцентируете музыку.
Джун-Джи: Наверное, здесь подходит слово «убавить», которое я часто слышал от Шиньи. Он говорил: «Классно, как ты часто двигаешь руками!» – хвалил он меня. Но потом добавлял: «А теперь нужно убавить», – и этими словами делал из меня дурака. (Смех.) После дебюта SIAM SHADE Шинья относился ко мне не как к ученику, а как к коллеге. Я был очень рад и многое взял от него. Он каждый раз хвалил меня, а в конце добавлял: «Движения рук хороши, но не забывай убавить».

И: После 4-го альбома вы стали осознано обращать внимание и на количество движений, и на грув?
Джун-Джи: Часто говорят, что г от грув — это гу от гуай. (игра слов: гуай – состояние, положение, способ, манера; гу – орудие, инструмент. – Прим. пер.) Всё, что касается атмосферы, я не понимаю до конца, но это не то, что достигается в результате размышлений. Тут нет какого-то единственного четкого ответа. Поэтому, когда моя игра радует людей и удостаивается хороших оценок, я думаю, что это и есть мой грув.

И: После роспуска группы SIAM SHADE вы стали исполнять собственные песни. Почему вы решили петь?
Джун-Джи: После того как группа распалась, было многое, что мне хотелось бы сделать. Прежде всего мне хотелось выступать на сцене, и я организовал ивент от лица «барабанщика Джун-Джи». Пришли фанаты группы SIAM SHADE, я позвал других барабанщиков, мы устроили битву, все получилось отлично. Но барабаны – это ударный инструмент. Если использовать только ток-шоу и игру на ударных, зрителям будет интересно, но пота тут не прольешь. Мне хотелось делать что-то горячее, зажигать по полной, но только с помощью ударных этого не добиться. Они не могут сравниться с пением. И я подумал, что могу сам стать фронтменом и петь. Короче говоря, главное – это быть на сцене, не обязательно в качестве барабанщика. (Смех.) Если я могу порадовать зрителей, то ударные – это просто один из способов.

И: Когда вы вели активность как вокалист, вы возвращались к ударным?
Джун-Джи: Да. Многие вещи не поймешь, если не попробуешь сделать сам. Я понял, что с точки зрения вокалиста и с точки зрения барабанщика музыка воспринимается во многом иначе. Был один интересный эпизод. Я выступал как вокалист, исполнял песню собственного сочинения и сказал саппорт-барабанщику, который выступал со мной: «Этот филлер мешает!». На что барабанщик ответил: «Я играю точно так, как было в вашей демозаписи!». То есть когда я записывал демоверсию, то рассуждал как барабанщик, что этот филлер поддержит пение, а когда попробовал спеть, оказалось, что он мешает. Это стало для меня шоком. Одна и та же песня, но если сменить точку зрения, то все оказывается совсем иначе.

И: Наряду с сольным проектом вы стали работать и саппорт-барабанщиком в других группах. Что-то изменилось по сравнению с тем временем, когда вы играли в своей группе?
Джун-Джи: Конечно, это другое. Работа – это работа. Может быть, это звучит странно, но когда меня приглашают играть на ударных, то здесь нужно играть очень серьезно. Чувство ответственности гораздо сильнее, здесь нельзя, как в своей группе, ошибиться и потом посмеяться над этим.

И: Но ведь вам часто говорят и в саппорте, чтобы вы играли так, как вам нравится?
Джун-Джи: Да, часто. Особенно Ясу из Acid Black Cherry часто говорит: «Самое классное – когда Джун-Джи играет с хорошим настроением!». Конечно, я стараюсь передать все нюансы музыки. Что касается поведения на сцене, то мне он дает полную свободу действий. За это мне хочется отплатить ему, поэтому на сцене я обычно выкладываюсь по полной. Так же и в Sound Horizon, я воссоздаю то, что написал Рево-кун, но он ничего не имеет против, если я добавляю и что-то свое. Действительно предоставляет мне действовать свободно.

И: Я видел концерт Acid Black Cherry в Yamanashi, и мне казалось, что это скорее группа, чем саппорт-музыканты. У вас, Джун-Джи-сан, тоже есть такое ощущение?
Джун-Джи: Да, что касается Acid Black Cherry, то так и есть. Я чувствую себя участником группы, чувствую мужество и доброту Ясу, который стирает разницу в возрасте. Так же и с Нишикавой Таканори. Для меня Нишикава-сан – как старший брат, он многому меня научил.

И: А как вам работалось с Гактом?
Джун-Джи: У Гакта устоявшиеся принципы, поэтому в сравнении с другими местами – свободы там мало. Но при этом там есть своя эстетика. Кроме того, у Гакта не только игра на ударных, но идут постоянные тренировки, требования серьезные, и я очень доволен собой, что ни разу не отказался. (Смех.) То, что я смог справиться, работая с Гактом, придало мне уверенности в себе.

И: Вы и сейчас продолжаете работать в качестве саппорта. А что для вас значит ваша группа BULL ZEICHEN 88?
Джун-Джи: Это мой дом. Это друзья, которые с одинаковым энтузиазмом работают вместе, не думая о выгоде. Я работаю саппортом во многих группах, выступаю на сцене, совершенствуюсь, и все полученное с радостью приношу домой, в BULL ZEICHEN 88. Поэтому Икуо, Себастьян и Эйджиро для меня как семья. Что бы я здесь ни делал как барабанщик, никто не будет выражать недовольство или препятствовать.

И: А как вообще вы решили создать группу?
Джун-Джи: Когда я играл с T.M.Revolution, на басу играл Икуо. Когда я увидел его игру, я был потрясен: «Какой классный!». Из всех участников только мы с Икуо не курили, поэтому во время переездов всегда держались вместе и много разговаривали. В то время Икуо играл еще в очень техничной группе CUBE-RAY (японская рок-группа. – Прим. пер.), ударником в которой является Хасегава Коджи. И хотя я это знал, однажды вдруг выпалил: «Может, будем играть в одной группе? Если мы будем вместе, то обязательно получится что-то интересное!». И, вопреки моим ожиданиям, он ответил, что тоже хотел бы играть со мной в одной группе. Потом Икуо, которого называли «ходячим справочником имен», нашел Себастьяна и Эйджиро, и получилась вот такая группа.

И: И последний вопрос. В прошлом году исполнилось 15 лет со времени вашего дебюта. Если обернуться назад, какой была ваша жизнь барабанщика?
Джун-Джи: Я человек, который не любит оглядываться назад. (Смех.) Но уже прошло 15-16 лет. Тот импульс, благодаря которому я, восхищаясь рок-звездами, взял в руки гитару, не иссяк. Ничего не изменилось, я просто двигаюсь дальше.

Шинья (LUNA SEA)
Джун-Джи стал моим вторым учеником. Вначале, когда я его встретил, я подумал, что с ним будет непросто. (Смех.)
Когда он стал моим учеником, я сам был молод и очень строг, но Джун-Джи был полон энтузиазма, да и упорства ему было не занимать. Он не выпускал из рук палочек, чуть свободная минутка, он упражнялся. Порой мы вместе с ним изучали double stroke, поскольку он тренировался с энтузиазмом, то быстро осваивал новое. Что касается техники, то тут он однозначно силен. За это я его искренне уважаю. Когда я слушаю SIAM SHADE, то слышу, что техника в стиле Джун-Джи, я сам так не могу. (Смех.) Хотя мелкие детали важны, но очарование концерта – это разговор «бита», не так ли? И тут я часто говорил ему об убавлении. Важно не столько продемонстрировать свою технику, сколько обеспечить бит для всего представления. Думаю, что он принадлежит к типу упорных барабанщиков. Нынешний Джун-Джи все так же сохраняет упрямый характер, но теперь у него и техника на высоком уровне. Иными словами, гибрид этих двух качеств – это и есть его индивидуальность.

@темы: Ясочка и компания))), Лопата? Ах, дайте две!, Жирок и все дела..., Астрал звенит! (с), Drums = Love

URL
Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Замок Ветров

главная